Средневековая Франция

Формируясь в XVII-XVIII вв. вместе с развитием так называемой позитивной науки и в качестве ее рефлексии, механический детерминизм обнаружил свою зависимость в первую очередь от успехов механики. Как известно, в работах наиболее крупных его представителей материя отождествлялась с веществом, а движение понималось преимущественно как перемещение. Уже было указано, что, согласуясь с научным требованием однозначности истины, результаты философского анализа, казалось бы, исключали всякую возможность противоречивого их истолкования; тем не менее противоречие коренилось уже в исходных определениях материи и движения. Показать это - значит дать конкретный разбор стоящих тогда в центре внимания вопросов.
Материализм XVIII в. был охарактеризован Марксом и Энгельсом как метафизический; это была система воззрений на природу как на материальную субстанцию, обладающую собственным движением, которое складывается из ассоциаций и диссоциаций мельчайших материальных частиц. «Природа, понимаемая в широчайшем смысле этого слова,- пишет, например, Гольбах,- есть великая целокупность, получающаяся от соединения различных веществ, от их разнообразных сочетаний и различных движений, наблюдаемых нами во Вселенной». Отрицание бытия бога является для энциклопедистов надежным аргументом, подтверждающим принцип самодвижения материи: «Движение - это способ существования (facon d'etre), необходимым образом вытекающий из сущности материи»,- заявляет Гольбах; того же мнения придерживается Ламетри, оговариваясь, что движение нельзя выводить из протяженности материи: «Если существует активное начало, то оно должно иметь в неизвестной нам сущности материи иной источник, чем протяженность». Он же утверждает, что «движущаяся сила находится внутри субстанции тел, потому что в конце концов нельзя ни доказать, ни представить себе никакой другой субстанции, действующей на нее».